«Однако гражданская азбука еще не была окончательно выработана. Целый ряд писем самого Петра и графа Мусина-Пушкина, который стоял тогда во главе Приказа книг печатного дела, свидетельствует о напряженной и энергичной работе Московской типографии. Не менее красноречиво говорят о том же и сами мастера типографии. Прося государя в своих челобитных о вознаграждении за свои «премногие труды», рабочие заявляют, что они «набирают и разбирают всякие гражданские книги и бывают у государева дела непрестанно днем и ночью», а иногда доводилось им «бывать у того дела и в праздничные дни». В одной челобитной мы читаем такую просьбу о вознаграждении: «чтобы мне, будучи у твоего государева книжного и печатного дела, голодною, — а женишке моей с ребятишки холодною смертью не умереть». И государь никогда не отказывал в награде, но «коштом немалым» обеспечивал типографских тружеников.

Итак, одновременно с печатанием новых книг в Московской типографии совершенствовали и новую гражданскую азбуку. Исправления ее велись под непосредственным наблюдением самого государя. В течение целых двух лет, с 1708 по 1710 г., Петр постоянно вносил разные изменения в новую азбуку. Вот почему мы видим такую смену шрифтов в книгах, напечатанных за этот период времени. Самое наименование азбуки было неустойчиво. Ее называют то амстердамскими литерами, то гражданской, то белорусской азбукой. Первоначально новая азбука была без всяких надстрочных знаков, но потом захотели вернуться к старине и в новый шрифт стали вводить ударения или, как их тогда называли, «силы». Но государь отклонил это. В письме к графу Мусину-Пушкину от 25 января 1709 года он говорит: «Я только писал, чтобы силы ставили, а ныне и сил ставить не вели». В своем письме государь также замечает, что «печать толста перед прежней — чаю от того, что слова уже притупились — чего надобно смотреть и чаще переливать». Усмотрев «кривизну» в новой печати, Петр Великий дает такое распоряжение графу Мусину-Пушкину (4 января 1709 года): «литеру буки, также и покой вели переправить: зело дурно сделаны». Несколько раз государь производил изменения в новом шрифте, стараясь его более усовершенствовать, для чего неоднократно Печатный Двор представлял государю пробные оттиски азбуки. Наконец, после двухлетних трудов, в начале уже 1710 года был выработан образец, кото-[С. 18]рый был одобрен государем. В это самое время — 18 января 1710 года — Петр Великий посетил Печатный Двор. Одобренный государем оттиск азбуки под заглавием: «Изображение древних и новых письмен славянских, печатных и рукописных» был прислан 10 февраля в типографию с следующей собственноручной надписью Петра: «Сими литеры печатать исторические и манифактурные книги, а которые подчернены, тех в вышеписанных книгах не употреблять». В этом образцовом оттиске государь перечеркнул все заглавные и прописные славянские буквы и совершенно исключил буквы «от», «омегу» и «пси».

Образец гражданской азбуки, исправленный Петром I. 1710 год

В архиве типографии хранится следующий документ. «1710 года генваря в 29 день великий государь царь и великий князь Петр Алексеевич всея великия и малыя и белыя россии самодержец указал по именному своему государеву указу в приказе книг печатного дела впредь с вышеписанного числа всякие исторические и рукописные (на полях: мануфактурные) книги и каковы будут присланы переводы печатать амстердамскими новоизданными литеры против образцов, каковы собственною его великого государя рукою выправлены и присланы в приказ книг печатного дела вышеписанного числа, а опричь тех литер, иными литерами таких книг впредь не печатать; и ту подлинную тетрадь за его великого государя рукою отдать из приказу книг печатного дела в книгохранительную палату книгохранителю справщику монаху Аарону с распискою; и сей великого государя именной указ мастеровым людям и иноземцам и русским, которые у гражданских книг, о ведении тех литер сказать с прикладыванием рук».

Вскоре после сего в «Ведомостях Московского государства» появился перечень книг, напечатанных новой азбукой и поступивших в продажу»